Юнус-Бек Евкуров: идеологи ваххабизма работают сварщиками

Раскрываемость преступлений в Ингушетии повышается. Об этом заявил президент этой республики Юнус-Бек Евкуров в интервью газете «Комсомольская правда» 14 декабря. «Конечно, не все показатели мне нравятся. Но у нас сокращается количество особо тяжких и тяжких преступлений, а также связанных с терроризмом. А главное — лучше стало с их раскрываемостью. В 2009-м тяжких было 513, раскрыто — 315. За 11 месяцев этого года: тяжких — 340, раскрыто — 181. Или вот строка: «Посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа». Есть у нас такая беда… В прошлом году было 143 таких преступлений (раскрыто 104), в этом — 100, правда, раскрыто пока всего 40. Конечно, мы не говорим, что вот — победили. К сожалению, до победы далеко,» — заявил Евкуров.

По его оценкам, в Ингушетии сейчас находится около 30 бандитов. «Но у них, к сожалению, есть пособники… Плюсуйте к каждому бандиту еще по пять человек,» — отметил Евкуров. Он признал, что «среди пособников есть и те, к счастью, их не так много, кто скрытно действует в различных структурах власти и чиновничьей среде, в коммерческих структурах».

Что касается идеологов экстремизма, то, по словам президента Ингушетии, они не обязательно сами принадлежат к боевикам. «Таких явных, ярых идеологов уже не осталось. В так называемых сектах сейчас не более 70 человек. С ними мы проводим беседы — раз в три месяца обязательно встречаемся… Эти люди и на стройках работают — каменщиками, сварщиками. Когда с ними разговариваешь, великолепные собеседники. Все знают. Не скажешь, что они «враги народа»,» — рассказал президент Ингушетии. Он также отметил, что взрывы магазинов, несколько раз имевшие место в Ингушетии, могли быть результатом радикальных проповедей: «Я у имама спрашиваю: «Почему вы говорите то, что спиртное нельзя продавать? Из десяти человек, которые вас слышали, девять согласились с радикальным мнением, а один еще и пошел взрывать?» Он отказывается: «Я же не призывал взрывать, я только сказал, что нельзя торговать спиртным». Да, вера учит нас: для мусульманина торговать спиртным — грех, пить спиртное — грех. Но у нас живут не только мусульмане».

Кроме того, Евкуров заявил, что русские, уехавшие из Ингушетии после распада СССР, не хотят возвращаться туда главным образом потому, что устроили свою жизнь в других регионах. При этом определенные возможности для увеличения русского населения Ингушетии он усматривает: «Я считаю, нам надо обратить внимание, например, на среднеазиатскую русскоязычную диаспору. Там есть желающие вернуться в Россию. Вот с ними можно проводить работу. И мы готовим сейчас варианты их обустройства непосредственно в нашей республике». Однако сначала, считает Евкуров, надо решить вопрос с жильем и рабочими местами для переселенцев, иначе их приезд усугубит напряженность. «Понятно, что тогда будут и стычки, и драки с местным населением. Зачем это надо? Наоборот, надо такие условия создать, чтобы не было противостояния коренных и некоренных,» — отметил глава
10e4
Ингушетии.